Чăваш таврапӗлӳҫисен пӗрлӗхӗ

Союз чувашских краеведов

Чăвашла Русский

Краеведение это...

«Краеведение придаёт местности, не имеющей «авторского происхождения», историзм, открывает в её прошлом, хотя бы и очень недавнем, что-то совершенно новое, ценное».


«Краеведение – научная дисциплина, облагораживающая предмет своего изучения единственно своим изучением».

академик Дмитри Лихачёв

06.02.2018 18:33
«Закатилось золотое солнце...»

Была она хрупкой девушкой, но смелой и боевой. Была небогатой невестой, но красивой и умной. Все окружающие парни обожали и берегли ее. С любовью просили руки завидные холостяки Гавриил Алюнов, Лев Миронов, Петр Федоров, а она им открыто отказывала, потому что долго и верно ждала возвращения из далекой якутской тюрьмы своего возлюбленного земляка Тимофея Хури. Они учились в одной школе, росли в соседних деревнях и клялись не покидать друг друга никогда...

Славная была это бойкая девушка, но выпала ей горькая и трагическая судьба. Она отлично училась в женском училище при Симбирской чувашской учительской школе, два года работала помощником учителя на родине Ивана Яковлева в Кошки-Новотимбаево и экстерном выдержала экзамены при Казанской инородческой учительской семинарии. С 1896 года 11 лет проработала учительницей Чепкас-Ильметевской женской школы Буинского уезда. Тогда же совместно с сокурсницей Анной Сидоровой, с Мэтри Юманом и Гермогеном Титовым организовала первый профсоюз чувашских учителей.

Эта девушка – Угахпи, Агафья ГАВРИЛОВА, публицист, народница, революционерка, крестьянская девушка из деревни Аниш-Крышки Цивильского района. По благословению Ивана Яковлева – учительница. От нажима царских сатрапов – бухгалтер Шамовской больницы в Казани. По воле Николая Никольского – журналистка. По приказу Гавриила Алюнова – редактор газеты «Хыпар».

Ее именем открывается святая книга героических чувашских женщин ХХ века.

«Женщина как гражданка»

Родилась она 26 января (по нов.ст.- 7 февраля) 1878 года под страшные слухи о революционерах: 24 января в том году в Санкт-Петербурге народница Вера Засулич принародно стреляла в градоначальника столицы. И прошумел на весь мир судебный процесс под председательством знаменитого Кони... Преступницу оправдали! Об этом много писали. Писали и о других женщинах-революционерках.

Близость ли дней рождения или народнические идеи привлекли внимание чувашской красавицы Угахпи к судьбе Засулич, но она уже в юные годы наизусть знала биографии великих женщин мира. И вскоре, отстраненная за толстовщину от учительской работы, оставленная без средств на проживание, Агафия изучала их жизни и труды, в их великих поступках находила себе душевную поддержку.

Волевой характер летом 1917 года привел ее в Казанский чувашский военный комитет, где она с радостью была назначена казначеем. В августе ее избрали секретарем правления Чувашского национального общества (ЧНО), и вскоре девушка становится в ряд лидеров единственной в то время чувашской политической партии – Чувашского комитета социалистов-революционеров. Уму непостижимо, как могла эта красавица исправно нести на своих хрупких плечах огромную тяжесть национального движения. Самозабвенно любила она свой народ, его слово, его песни. Всей юной душой желала ему процветания.

В мае 1918 года в Казани целую неделю шумел Съезд чувашских крестьян. Выступали депутаты Иван Васильев, Семен Николаев, Дмитрий Юман, Гермоген Титов, военком Александр Краснов, ученый Николай Никольский и другие видные сыновья народа. И среди них 26 мая к народу вышла Агафья Гаврилова с докладом «Женщина как гражданка». Она не только говорила о праве чувашской женщины на свободу, равенство и братство, но смело вела чувашек к новым целям, к новому пониманию общественной жизни. Во время съезда Агафия Гавриловна провела собрание учительниц и организовала Союз чувашских женщин. Ее саму же выбрали председателем этого Союза. Да больше и некого было...

«Женщина имеет право взойти на эшафот»

Читаю доклад Агафии Гавриловой по книге «Хыпар»: минувшее и настоящее» (Чебоксары, 2011, с. 217-226), и мне видится ее страстное желание высвободить чувашскую женщину из подневольной двойной-тройной кабалы... Чувашская революционерка повторила слова и судьбу писательницы-феминистки Олимпии де Гуж: «Женщина имеет право взойти на трибуну, так как она имеет право взойти на эшафот».

Агафье Гавриловне, активной сотруднице газеты «Хыпар-3» время выделило ровно один месяц редакторской деятельности.

Когда чехословацкие части и Народная армия Комуча 7 августа 1918 года вошли в Казань, советские учреждения были закрыты. По приказу помощника особоуполномоченного Комуча Алюнова имущество «Хыпара» передали Чувашскому национальному обществу (ЧНО), и 27 августа 1918 года издание газеты возобновилось. Через месяц – 27 сентября 1918 года – Агафья Гавриловна Гаврилова была арестована большевистской ЧК по борьбе с контрреволюцией. Когда Народная армия и эсеры отступили в Уфу, Агафия Гавриловна, вопреки просьбам коллег, с дороги (из Чистополя) вернулась в Казань. Она не чувствовала вины перед родным народом и не пряталась ни от белых, ни от красных.

7 октября «красный террорист» Мартын Лацис приговорил ее к расстрелу. За что? За издание газеты и хранение оружия.

«Девица, редакторша, защитница народовластия»

За короткий срок редактор «Хыпара» А.Г. Гаврилова успела напечатать многое. Тут рассказы солдат, пробравшихся в Народную армию, отрывки из книги про женщин, воззвания к народу. Было в чем покопаться большевистским комиссарам. Своим же – не русским, не латышским. В 1937 году тоже Алексея Милли, Метри Юмана и других на суд тройки выводили не москвичи, а чебоксарские «молодцы»...

Обозленные на эсеров из-за ранения Ленина, красные большевики мнимо допрашивали ее, издевались, мытарили. Заведующий Чувашским подотделом Политотдела штаба V армии Восточного фронта Яким Максимов лично беседовал с арестованными членами эсеровской партии Гавриилом Алюновым, Александром Красновым, Агафьей Гавриловой и другими лидерами. Алюнов ни за что не отказался от своих воззрений и под конец, не выдержав пыток, по словам Иоакима Степановича Максимова из Кошек, выпрыгнул из окна Казанской тюрьмы и разбился насмерть.

ЧНО ликвидирован по приказу Чувашского подотдела, и два его члена (Агахпи и Хури) расстреляны, конечно, не без ведома его начальника, ибо это он издал приказ об ее аресте: «сообщаем особые признаки разыскиваемой А.Г. Гавриловой: небольшого роста, средних лет, худая, нос острый, брюнетка, с хриплым голосом, при разговоре иногда запинается».

Властью своею политкомиссар Яким Максимов мог отвести дамоклов меч с головы революционерки, но, как видно, карающее колесо мировой революции завертелось мимо него. Историк Арсений Изоркин писал, что-де наш известный драматург и режиссер Иоаким Максимов-Кошкинский самолично расстрелял Агафью, но в 1970 году при долгой и дружелюбной беседе со мной, юмановедом, комиссар Пятой Армии в этом не признался. По его уверениям, ему не было нужды расстреливать ни мудрого Юмана, ни умницу Гаврилову, ни «буржуйчика» Петра Осипова – они нужны были ему для работы в новых органах власти.

В 40 неполных лет «девица, редакторша, защитница народовластия» (так записано в протоколе допроса) Агафия Гавриловна Гаврилова без унижений, с гордой головой пошла на гильотину. Из заявления арестованной А.Г. Гавриловой коменданту военно-полевого трибунала РВС Пятой Армии: «Прошу сделать распоряжение, чтобы после моей смерти мой вклад в сумме 2039 рублей зачислить в Чувашский национальный фонд, и с них Комиссариат по чувашским делам выдал бы по своему усмотрению неимущим ученицам-чувашкам, обучающимся в учебных заведениях г. Казани, в пособие. Эта моя единственная просьба. 30 сентября 1918 года». Склоняю голову перед великодушием, мужеством и стойкостью ее.

* * *

Много сплетен наплели и плетут беспардонно флюгерные историки на истинных чувашских патриотов. Но правда все равно восторжествует. Имя Агафьи Гавриловой реабилитировано в 2006 году стараниями редактора газеты «Хыпар» Алексея Леонтьева.

Узнав в тюрьме о гибели Агафьи Гавриловны от рук недальновидных комиссаров, Гавриил Алюнов с горечью написал: «Закатилось золотое солнце чувашского народа, не стало святой женщины».

...Нет у нас пантеона национальных героев, нет памятника героическим женщинам. Надо бы.

Виталий Станьял